Оценивая миниатюры Ауда с изображением дворцовых садов,
специалисты справедливо отмечают, что сад в них — уже не просто фон для
воплощения художественных замыслов. Он становится главной темой картин, эта тема
повторяется, сад возвеличивается и прославляется. Подобно тому как Пиранезе
использовал в качестве натуры руины древнего Рима для создания своих
«архитектурных фантазий», художники Ауда середины XVIII в. в своих произведениях
превратили могольские дворцы и сады в виртуозные сооружения.
Уходящие вдаль линии перспективы 
придают
изображению глубину, и перед вашим взором вслед за одной картиной сада
открывается другая. Изображения девушек, купающихся в прудах или неподвижно
застывших в цветниках, вписываются как декоративный элемент в общую
архитектурную фантазию. Время застыло, одна перспектива сменяется другой, на
мгновение может показаться, что «сад наслаждений» — это весь
мир.
Индийцы всегда любили манго. Они и до сих нор считают плоды
этого дерева лучшими фруктами. Навабы Ауда посадили много манговых садов в
Лакхнау и его окрестностях. Даже сейчас Лакхнау славится своими су-файда —
тающими во рту маиго светло-желтого цвета и непревзойденного вкуса. В нем
сочетаются все лучшие качества: невязкий кисло-сладкий сок и великолепный
аромат.
Феодалы, или талукдары, строили небольшие дворцы в своих
имениях в Лакхнау, Фай забаде, Рае Барели, Портап Таре. Отсюда они управляли
окрестными землями. В миниатюрных дворцах обязательно были водоемы, в которых
обитатели купались в жаркое время года. Феодалы еше долго процветали, пока их
власть не была полностью уничтожена земельной реформой, проведенной в стране
после получения независимости.